Новости

Охота на зайца по пороше

на зайца по пороше-1

Охота на зайцев по пороше — одна из увлекательнейших и интереснейших, к тому же и общедоступных зимних охот вообще. На этой охоте охотник без всяких помощников, собак и проч. имеет возможность в полной мере испытать свою наблюдательность, развить сноровку, осторожность и терпение, равно как и проявить знание повадок зверя и вообще опытность и умение. Помимо этого, охота на зайцев по пороше является еще и великолепной школой, пройдя которую, каждый дельный охотник научится бегло читать полную захватывающего интереса «снежную книгу». Приобретенные при этом знания и навыки в дальнейшем могут быть использованы охотником не только на охотах по зайцам, но и по иному, куда более интересному, чем скромные русак и беляк, красному зверю. Таким образом, охота на зайцев по пороше интереснее многих других охот хотя бы тем, что успешность ее прежде всего зависит от знаний, опытности, выносливости, терпения, наблюдательности и настойчивости самого охотника и — в несравненно меньшей степени — от всяких иных, в том числе и от не зависящих от воли охотника причин и условий.

Прежде чем говорить о технике охоты на зайцев по пороше, необходимо дать краткое понятие о самой пороше.

Порошей в охотничьем смысле называется снег, шедший с вечера или ночью и переставший к утру, в результате чего на его поверхности остаются только свежие — ночные и утренние — следы зверей (и птиц), по которым их можно выслеживать. Хорошей порошей считается такая, при которой выдавший снег настолько глубок, что на нем ясно обозначаются следы ног зверя. При этом важно, чтобы не было больших оголенных от снега пространств, что обеспечивает непрерывность отпечатков ног зверя.

Первая пороша, разумеется, образуется падением снега сверху, т. е. снегопадом. Последующие же могут образоваться и без снегопада, в результате так называемой поземки — сильного низового ветра, несущего сухой рыхлый снег и снежную пыль и надежно заметающего все старые следы, вследствие чего представляется возможным без всякого труда отличать старые следы от новых, оставленных уже после окончания поземки. Таким образом, пороши бывают верховые и низовые (или заносные). По своей глубине пороши разделяются охотниками на три категории: мелкие, глубокие и мертвые. Мелкой порошей называется такая, когда передние лапки зайца отпечатываются на снегу не глубже нижнего своего сочленения, глубокой — когда снег лег слоем 8-10 см и, наконец, мертвой когда при температуре воздуха выше 0° выпал ровный, глубиной 10-15 см, мокрый снег. Последние пороши часто называют еще и печатными, поскольку в этих условиях часто на снегу четко отпечатывается каждый коготок зайца.

Следует заметить, что теплые пороши не портятся ветром (если снег не перестает таять) и бывают самыми продолжительными (иногда до двух-трех дней), так как на тающем снегу свежие следы легко отличаются от широко расплывающихся при таянии старых следов.

В зависимости от того, когда прекратился снегопад или поземка, охотники различают пороши длинные и короткие. Длинной порошей называется недолго шедший снег или долго продолжавшаяся, но рано утром прекратившаяся поземка, в результате чего зверь успел дать сравнительно длинный след. Наоборот, короткой порошей называют порошу, образовавшуюся поздно ночью или даже ранним утром, в результате чего зверь смог оставить на снегу только очень короткий след.

Глубокие, а тем более мертвые пороши всегда бывают короткими, так как в обильный, а тем более мокрый снегопад (или же сразу вслед за ним) зверь, в частности заяц, избегает много ходить.

Охотники различают также пороши по их удобству для подхода к зверю на лежке, т. е. по степени обеспечения бесшумности передвижения по снегу. Наиболее удобна в этом отношении так называемая мягкая пороша (в теплую погоду). В рыхлый снег при сильном морозе (жесткая пороша) подход к зверю вследствие довольно сильного и неустранимого шороха, производимого охотником при передвижении, крайне затруднен.

Часто бывает, что пороши, превосходные на рассвете, вдруг портятся, а иногда и вовсе уничтожаются начавшимся снова снегопадом или поземкой. Вообще следует заметить, что при снегопаде или поземке выслеживание зверя крайне осложняется и редко когда приводит к желательным результатам.

Не следует также забывать, что низовые (или заносные) пороши бывают только на открытых, незащищенных местах. Поэтому на лесных покосах и опушках, а тем более в самом лесу, разыскивание свежих следов зайцев по низовой пороше редко когда приводит к нужным результатам. Нередко также случается, что когда в относительно защищенных от ветра местах следы отчетливо видны, на местах более открытых поземка уже успевает их совершенно замести.

В открытых, в частности степных, местах редко не бывает ветра. Поэтому — если только не стоит теплая погода, при которой ветер не может занести следов, — пороши днем там постоянно портятся.

Заяц, как уже указывалось, животное преимущественно ночное. Поэтому он весь день проводит на лежке и только на ночь выходит на жировку, чтобы под утро вновь залечь. След, который оставляет заяц на снегу от места лежки до мест жировки и от жировки до новой лежки, носит у охотников название малика.

От умения охотника хорошо распознавать весьма разнообразные следы зайцев на снегу и быстро разбираться в них в значительной степени зависит успешность охоты на пороше, т. е. выслеживание зайца на лежке по оставленным им на снегу следам. Это выслеживание многие охотники называют троплением.

Умение разбираться в заячьих следах имеет большое значение не только для успешности тропления зайцев, но и при всех других охотах на них по белой тропе.

Прежде всего необходимо как следует усвоить различие между следами русака и беляка. Следы эти резко отличны друг от друга и поэтому спутать их почти невозможно.

на зайца по пороше-2

следы беляка и русака

У беляка лапы сравнительно шире и круглее, пальцы раздвинуты довольно широко. Поэтому лапы беляка дают на снегу почти круглый отпечаток. У русака, напротив, лапа сравнительно уже, пальцы сближены между собой и поэтому дают более вытянутый, овальный отпечаток. На сравнительно плотном и влажном снегу (например, в печатную порошу) отпечатываются даже пальцы ног зайца, что еще надежнее позволяет определить направление хода зверька. Впрочем, определение этого направления и при всех других условиях обычно не встречает особых затруднений: следует лишь твердо запомнить, что следы задних ног зайца всегда отпечатываются на снегу впереди (а не сзади!) следов его передних лап. Кроме того, надо иметь в виду, что более удлиненные, параллельные друг другу и лишь незначительно опережающие один другого отпечатки принадлежат задним лапам зайца, а более мелкие и круглые, следующие обычно один за другим в линию, — передним. Лишь в одном случае задние ноги зайца теряют свою обязательную взаимную параллельность. Это бывает, когда заяц сидит на снегу. В этом случае отпечатки передних ног зайца обычно находятся между отпечатками задних или лишь немного впереди их и часто рядом друг с другом. При этом след задних ног сидящего зайца всегда бывает несколько длиннее следа тех же задних ног бегущего зайца. Происходит это потому, что у сидящего зайца отпечатывается на снегу вся лапа до скакательного сустава, а у бегущего — только передняя ее часть.

на зайца по пороше-3

След зайца, в особенности свежий и не запорошенный поземкой или падающим сверху снегом, очень характерен и спутать его со следами других зверей очень трудно. Однако, если следы не очень свежи или неясны, такие ошибки у неопытных охотников бывают. Для того, чтобы избежать их и не тропить вместо русака собаку, лисицу и проч., всегда следует помнить, что, как уже указывалось, заяц ставит свои задние ноги обязательно параллельно (кроме тех случаев, когда он сидит) и выносит их почти одновременно, а передние в большинстве случаев ставит последовательно одну за другой, между тем! как собака, лисица и проч. на больших прыжках (спутать следы этих животных на рыси со следами зайца вовсе невозможно) ставят задние лапы не параллельно, а передние почти одновременно. Таким образом, если будут замечены следы, у которых более крупные отпечатки задних ног идут врозь — косолапят, или же задняя нога сильно опережает другую, — то это наверняка не след зайца.

Выбравшись с наступлением темноты из своего временного логовища, заяц направляется к месту жировки обычным аллюром — недлинными, ровными прыжками, оставляя так называемые концевые следы, характеристика которых была дана выше. На месте жировки заяц передвигается не спеша, короткими прыжками, оставляя на снегу так называемыежировые следы, отличающиеся от концевых тем, что отпечатки задних ног зайца весьма близко отстоят от отпечатков передних и отдельные следы почти сливаются. Жировые следы часто чередуются со следами сидящего зайца.

 

на зайца по пороше-4

Жировые следы зайца

   Пожировав вволю, заяц покидает жировые угодья и направляется на лежку своей обычной неторопливой побежкой, оставляя на снегу все те же концевые следы. Но перед тем как залечь на день заяц, стараясь сбить со следа своих многочисленных врагов, прибегает к различным хитростям. Прежде всего он начинает петлять, т. е. закруглять свой путь, давая полный круг более или менее правильного очертания и пересекая свой старый след. Петли эти бывают иногда довольно большой длины, но даже и бывалый, что называется настеганный заяц-русак (беляк петляет несравненно больше и путаннее), редко когда делает больше двух-трех петель. Не ограничиваясь, однако, только одними петлями, заяц вслед за этим обычно сдваивает или даже страивает (делает «двойку» или «тройку», как говорят охотники) свой след, т. е. дважды или трижды проходит одним и тем же следом. При этом заяц так аккуратно ставит свои лапы след в след, что нужно иметь очень наметанный и острый глаз, чтобы сразу это приметить. Длина двоек очень непостоянна и колеблется в пределах от пяти до полутораста шагов. Длина тройки обычно значительно короче.

на зайца по пороше-5

Русачья петля

Двойка в большинстве случаев заканчивается скидкой (или сметкой) — огромным прыжком в сторону, чаще всего почти под прямым углом к первоначальной линии следа. Скидкой заяц старается как бы оборвать свой след и тем самым отделаться, введя в заблуждение своих возможных преследователей: четвероногих хищников, собак и человека. Число скидочных прыжков обычно не более четырех, после чего заяц снова переходит на нормальную побежку, оставляя на снегу концевые следы.

на зайца по пороше-6

Скидка русака

Заяц чаще всего не ограничивается только одной тройкой или двойкой с последующей скидкой, но делает несколько двоек подряд, каждый раз обрывая сметкой свой след. В большинстве случаев русак делает не больше двух-трех двоек подряд, хотя иногда число их доходит и до семи-восьми.

Как уже указывалось, после скидки заяц вновь переходит на свой обычный аллюр, затем следует новая скидка, снова концевые следы и т. д. После тройки заяц почти никогда не скидывается, а продолжает идти (иногда еще очень долго) в прежнем направлении. Вообще следует заметить, что если петли и двойки служат верным признаком того, что заяц близок к лежке, то тройка в этом отношении никаким показателем не является.

Итак, картина заячьего малика приблизительно такова.

Поднявшись с лежки, заяц отправляется своим обычным аллюром (концевые следы) к местам жировки, Здесь, кормясь, он перемещается не спеша (жировые следы), нередко присаживается (следы сидящего зайца) и т. д. Наевшись, заяц, в особенности в светлую, лунную, тихую и морозную ночь, не прочь порезвиться и поиграть, бегая по жирам взад и вперед. В этом случае наряду с обычными концевыми следами часто можно увидеть на снегу и типичные гонные следы, т. е. следы, которые характерны для внезапно согнанного с лежки или иным путем крепко испуганного, стремительно уходящего от близкой опасности зайца. Следы эти во многом сходны со скидочными и концевыми, но отличаются от них тем, что отпечатки передних ног зайца на гонном следу находятся ближе к отпечаткам задних ног предыдущего прыжка.

Побегав вволю, заяц чаще всего вновь принимается за жировку и уже затем направляется, оставляя все те же концевые следы, к месту лежки. Однако так заяц ведет себя на жирах не всегда. Напротив, нередко за ночь он не раз переходит с одних жировых мест на другие (иногда на значительное расстояние), уходит с жировых мест совсем и только под утро вновь на них возвращается и т. д.

Направившись к лежке, заяц сначала идет относительно по прямому направлению, но затем начинает петлять. После одной-двух (или более) петель, заяц начинает сдваивать след, скидываясь с каждой двойки, и затем, пройдя еще некоторое расстояние своим обычным аллюром, — залегает. Следует тут же отметить, что нередко петли зайца бывают не перед двойками, а после них, что заяц не скидывается с двойки, а продолжает идти дальше своим обычным аллюром и т. д. Таким образом, общего, неизменного для всех зайцев чередования приемов, направленных к тому, чтобы сбить со следа своих возможных преследователей, установить нельзя. Можно лишь дать общую схему заячьего малика, которая будет приблизительно верна для большинства случаев, но, конечно, не без многих исключений и отклонений.

на зайца по пороше-7

Схема малика русака

В начале зимы, когда снег еще относительно неглубок и неплотен, зайцы — и русаки и беляки — часто жируют на озимях, оставляя на зеленях и около них многочисленные следы. Позднее, когда выпадет более глубокий снег и раскапывание его станет для зайцев затруднительным, беляки кормятся преимущественно в лесу, на опушках, по покрытым кустарниками лесным покосам, а русаки — по огородам, фруктовым садам, около гумен и т. д.

В позднюю зимнюю пору охота по пороше может в большинстве случаев производиться только по одним русакам, так как в глубокие снега беляк держится исключительно в лесу, где разобраться в его всегда путанных следах чрезвычайно трудно, а подойти к зайцу на выстрел и увидеть его — на лежке или на бегу — сквозь заваленную снегом чащу подлеска — и вовсе невозможно. Следует, впрочем, тут же заметить, что вообще охота на беляков по пороше значительно сложнее, чем охота на русаков, так как малик русака более правилен и постоянен, да и держатся, жируют и залегают эти зайцы главным образом в сравнительной близости к жилью и по открытым местам. Впрочем, нелишне отметить, что кое-где местом для жировки русаков служат лесные, запорошенные сеном дороги. Но и в этих случаях, наевшись на такой дороге сена, русак почти всегда выходит из леса и залегает где-либо на его опушке, в кустах, по межам в поле и т. д.

Найдя заячий малик, необходимо прежде всего определить направление, по которому пошел заяц, чтобы в дальнейшем идти вслед, а не в пяту зверьку. Точнее сего, как уже указывалось, узнать это можно по отпечаткам пальцев или даже когтей зайца на снегу. Однако, если следы не особенно четки, направление следа приходится определять по иным признакам, преимущественно по расстоянию между отпечатками отдельных следов. Приведенные в настоящей книге чертежи следов зайца на различных аллюрах, а равно и внимательное изучение следов непосредственно в поле, помогут охотнику разобраться в этом. Наметавшийся глаз охотника по указанным признакам в одно мгновение, почти инстинктивно определит безошибочно направление хода зайца по его следам.

Определив, куда направился заяц, нужно идти его следом, но при этом не затаптывая след, а несколько стороной. Если малик приведет охотника к месту жировки зайца, следует не пытаться, во избежание потери дорогого, в особенности в короткий зимний день, времени, разобраться в обычно сильно запутанных и переплетающихся между собой жировых следах, а обойти их кругом, вплоть до выходного следа зайца с жировых мест. В большинстве случаев этот след приведет охотника или на новые жировые места — и тогда следует повторить тот же прием — или же к петлям и двойкам, что уже определенно указывает на то, что лежка зайца находится где-то поблизости.

Встреченную петлю следует всегда выкружить, как бы велика она ни была. В противном случае охотник будет часто, менять след преследуемого зайца, уже близкого к лежке, на след другого, пересекший первый и ошибочно принятый за заячью петлю. И тут, вместо того, чтобы сравнительно скоро достигнуть цели, т. е. дойти до лежки зайца, сменный след приведет охотника снова к жировым местам и придется начинать тропление опять с самого начала.

Только в том случае, когда нет никаких сомнений в том, что пересекающий след принадлежит тому же зайцу, что и след, по которому идет охотник, нужно, не теряя времени на выкруживание петли, свернуть новым следом. Однако такого рода уверенность по плечу только очень опытному охотнику и то при условии, что угодья вообще очень бедны зайцами. Охотник же молодой, а тем более начинающий, в подобных случаях часто будет ошибаться и вследствие этого, желая сэкономить время и силы, напротив, будет их непроизводительно растрачивать.

Обычно вслед за первой петлей вскоре следует и вторая. Это в еще большей степени свидетельствует о близости лежки зайца. Со второй (и последующими) петлей зайца следует поступать так же, как и с первой, т. е. выкруживать ее.

После петель обычно следуют двойки зайца. В огромном большинстве случаев, скинувшись после двойки, заяц залегает где-нибудь совсем недалеко. Поэтому тут не надо спешить, а, напротив, приготовившись к выстрелу, внимательно осмотреться по сторонам, не обходя вниманием ни одного кустика, снежного намета, межи, камня, канавы и иной неровности на снежной пелене, около которой так любят залегать русаки. В лесу следует обращать внимание на несколько иные места — низкие елочки, кусты, сугробы и наметы у корней деревьев и т. д. Нередко заяц ложится в вырытой им в снегу ямке, причем здесь его иногда заносит поземка или снегопад. В ветреную погоду зайцы залегают в местах, защищенных от ветра лесом, косогором или иным прикрытием. Ложатся они всегда мордой к ветру.

Иногда удается рассмотреть русака прямо на лежке и даже застрелить его лежащим. В отношении беляка такие случаи выпадают крайне редко.

Заметив, где лежит заяц (если лежка находится недалеко), надо, не теряя времени, направляться к нему и, когда он вскочит, — стрелять. Если же лежка находится далеко, следует идти не прямо по направлению к зайцу, а несколько стороной и, только приблизившись на верный выстрел, сворачивать к лежке напрямик. Подходя к зайцу, не следует все время на него смотреть, так как заяц, как только увидит, что на него смотрит человек, немедленно вскакивает и убегает.

В том случае, когда с двойки более или менее точно определить место, где залег заяц, невозможно, нужно, оставив в стороне скидочные следы, осторожно и тихо обходить кругом, имея ружье наготове и помня, что взбуженный заяц часто вскакивает с лежки совсем неожиданно для охотника и идет во весь мах. При мягкой погоде и глубоком снеге заяц обычно лежит очень крепко и его не скоро удается поднять даже тогда, когда охотник проходит совсем рядом с лежкой. Поэтому, если при первом круге поднять зайца не удалось, это еще не говорит о том, что заяц ушел дальше, но, конечно, только в том случае, когда круг не пересечен выходным следом зайца. Поэтому, сделав один круг и не подняв зайца и в то же время не обнаружив его выходного следа из круга, нужно идти еще раз, но уже кругом несколько меньшего поперечника и т. д.

Не следует смущаться и в том случае, когда заяц не залег сразу же вслед за первой двойкой и сметкой. Круговой обход предполагаемого места лежки зайца быстро приведет к его выходному следу, по которому и должен следовать охотник до новой двойки и сметки и т. д.

Если заяц залег в снежной ямке, место его лежки можно приметить издали по горке снега, которую он набросал, вырывая ямку, или по темному отверстию норы. Следует иметь в виду, что некоторые зайцы весьма разборчивы в выборе своей лежки и, прежде чем облюбовать под нее какое-либо местечко и расположиться на отдых, роются во многих местах.

При неглубоком снеге русаки чаще всего ложатся на взметах, а также среди кустарников, разбросанных по полю, по заросшим сорняками межам и канавам и т. д. В глубокие снега, в особенности, когда появятся снежные наметы, лежки русаков чаще всего встречаются у снежных наносов по рытвинам, водомоинам, лощинам, оврагам, кустикам среди полей, около поленниц дров, заборов, изгородей, гумен, сараев и т. д. Беляк зимой чаще всего ложится в крепких местах леса и лишь изредка — у стогов лесных покосов, а ранней зимой — по кустам около озимей, а также — и главным образом — в лесу, но почти никогда — на хоть сколько-нибудь открытых местах.

Нередко заячий малик пересекается с наезженными дорогами. В этом случае заяц очень редко прямо пересекает дорогу, а, наоборот, выбравшись на нее, идет по ней ту или другую сторону некоторое время и только затем, делав двойку, скидывается в сторону и продолжает свой путь. Делается это, разумеется, для того, чтобы сбить со следа своих врагов, так как по наезженной дороге заменить следы зайца в большинстве случаев совершенно невозможно. Поэтому, дойдя по малику до такой дороги, охотник прежде всего должен выяснить, в какую сторону пошел по ней заяц. Для этого необходимо самому пройти по дороге шагов триста-четыреста в одну сторону, внимательно всматриваясь по сторонам, нет ли где скидочных или обыкновенных следов зайца, а затем, в случае неудачи, — и в другую. Дело значительно осложняется, когда заяц вышел около перекрестка двух или нескольких дорог. Поневоле в таких случаях приходится затрачивать много времени на то, чтобы выяснить, куда направился хитро скрывший свой след зверек.

Нередко заяц, в особенности беляк, скидывается на следы других зайцев. Разобраться в этом и во многих других хитростях зайца, описывать которые в настоящей книге нет ни возможности, ни особого смысла, по силам только очень опытному охотнику-следопыту, в совершенстве усвоившему повадки этих зверьков и умеющему бегло читать кажущуюся новичкам неясной и неразборчивой снежную книгу.

Следует порекомендовать охотникам, еще недостаточно искушенным опытом охоты по зайцам по пороше, при сравнительном обилии маликов всегда начинать выслеживать зайцев с жировых мест, так как здесь легче всего натолкнуться на следы зайца, направляющегося с жиров на лежку, а не наоборот. Выбрав один из них, нужно упорно ему следовать, отнюдь не переходя с малика на малик, с петли на петлю, со скидки на скидку, хотя бы место лежки зайца, которому принадлежит новый след, и казалось бы, по всей вероятности, более близким, чем место лежки первоначально выслеживаемого. При соблюдении этого правила охотник в большинстве случаев не только скорее достигнет цели, чем при нервном метании с одного малика на другой (недаром же говорится: «за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь!»), но еще приучится должным образом отличать один малик от другого, приобретет нужную выдержку, а главное, сможет изучить поведение зайца по его следам на снегу и все хитрости зверька не случайно, а систематически.

Лишь в том случае, когда пороша была длинная, ночь светлая и морозная, а зайцев в угодьях много, — можно отойти от преподанного выше совета, следовать которому во всех прочих случаях могут и не только одни неопытные охотники. Дело в том, что при таких условиях маликов получается так много, они так длинны и перепутаны между собой, что ориентироваться в этой полной неразберихе положительно нет никакой возможности. Поэтому в подобной обстановке следует рекомендовать не терять времени на распутывание отдельных маликов около жировых мест, а, придерживаясь общего их направления от жиров, направляться к таким местам, где больше всего возможности найти зайцев на лежке. При этом нужно обращать внимание только на одни двойки и скидки, заметив которые, следует идти в дальнейшем уже не общим направлением следов зайцев от жиров, а следом сделавшего двойку или скинувшегося зайца. Хорошее знание местности в этом случае сильно облегчает охоту.

на зайца по пороше-8

По следу

 

При наличии у охотника хорошего знакомства с угодьями очень неплохие результаты дает иногда применение следующего приема. Охотник с раннего утра обходит пешком (а при глубоком снеге — на лыжах) отдельные участки угодий, где по характеру местности и условиям погоды можно ожидать зайцев на лежке, и путем подсчета входных и выходных из участка следов определяет, есть ли тут на лежке заяц или нет. Если зайца нет, — следует отправляться дальше, к другому подходящему участку. Если заяц в кругу, нужно смело идти внутрь обойденного участка с твердой надеждой найти там петлю, двойку или скидку, а затем и самого зайца.

Длина малика зависит от продолжительности падения снега (или поземки) и его глубины, а также от большей или меньшей морозности ночи и ее темноты. В лунные, светлые, тихие и морозные ночи заяц любит побегать побольше, вследствие чего и дает длинный малик. Чем раньше закончился ночью снег (или поземка), тем длиннее малик и наоборот. Чем длиннее малик, тем больше вероятия на него набрести, но зато и на тропление зайца по длинному малику приходится затрачивать сравнительно больше времени. Напротив, если заяц ночью дал относительно недлинный след, а шедший всю ночь и переставший только к утру снег засыпал все его ранние ночные следы, оставив видимым только ранний утренний, — в поисках такого малика, даже если зайцев в округе вообще немало, придется изрядно намять ноги. Но зато, после того как малик найден, — двойки, скидки и проч. хитрости зайца начинаются немедленно и заяц оказывается на лежке где-то совсем рядом, а не за километр и более, как это обычно бывает в противных случаях.

Помимо умения хорошо распознавать следы зайца, и вообще разбираться в малике, т. е. хорошо тропить, немалую роль в успешности охоты по пороше играет и умение охотника подойти к зайцу на лежке. Удачный подход к лежке на расстояние верного выстрела в большинстве случаев в полной мере зависит от наличия у охотника навыка и сноровки (приобретаемых только опытом) передвигаться пешком или на лыжах совершенно бесшумно. Многое тут, конечно, зависит и от погоды. Подход, даже при соблюдении величайшей осторожности, становится совершенно немыслимым, когда на снегу образуется корка, ломающаяся и звенящая от каждого прикосновения. Но и без этой корки, в жесткую порошу, подход сплошь и рядом чрезвычайно труден, так как заяц, благодаря своему отличному слуху, не допускает к себе охотника даже и на дальний выстрел. Точно также труден подход и в тех случаях, когда заяц лежит в крепких местах, причем трудность эта зависит не только от состояния погоды и снежного покрова, но и (главным образом) от того, что заметить в чаще даже близко выскочившего зайца почти невозможно.

Вообще следует порекомендовать в тех случаях, когда по состоянию погоды или по особенностям угодий мало надежды, что удастся подойти к зайцу на лежке на расстояние верного выстрела, тропить зайцев не ОДНОМУ (в одиночку), а вдвоем, с помощником, хотя бы он и ходил без ружья. В этом случае тропление зайца, после того, как обнаружена двойка или скидка, превращается в своеобразный оклад этого зверька с последующим его нагоном. Об этом приеме охоты будет сказано особо ниже.

На охоту по пороше следует выходить всегда по возможности раньше, еще в темноте, чтобы к рассвету быть уже на месте. Очень полезно перед отправлением на охоту заранее наметить свой маршрут так, чтобы переходы от одного заячьего места к другому были бы по возможности короче и чтобы при этих переходах не приходилось бы дважды (или более) проходить по однажды уже пройденным угодьям. Это сохранит и силы охотника (их, в особенности при охоте в глубокий снег, требуется немало), и время, всегда ценное, в особенности в короткий зимний день.

Если в угодьях зайцев относительно много, нет смысла, проходя мимо жировых мест, обязательно следовать каждым попавшимся на пути маликом, вне зависимости от его направления. Напротив, в этих условиях следует обращать внимание только на те малики, которые ведут о т жиров, так как большинство их, несомненно, будет принадлежать уже отжировавшим и отправившимся на лежку зайцам. Малики же, имеющие обратное направление, т. е. к жирам, в подавляющем большинстве случаев, по сравнению с первыми, будут более старыми. Это следы тех зайцев, которые направляются с места лежки на жировые угодья.

Вообще свежесть следа имеет большое значение при выборе одного малика из нескольких, и в особенности при смене малика, по которому уже шел охотник, на другой, более свежий. Падение снега ночью, присыпание следа поземкой, оплывание старых следов при температуре 0° и т. д. способствуют определению свежести следа, так как следы более старые, разумеется, будут менее четкими и ясными. Однако определение большей или меньшей свежести следа всегда будет достаточно точным только тогда, когда охотник имеет возможность сравнить данный след с каким-либо другим, заведомо старым, или заведомо свежим. Разумеется, что и в этом случае только опыт и наблюдательность охотника подскажут ему правильное решение этой вообще нелегкой задачи. Следует также помнить, что при сравнении следов всегда следует учитывать их местоположение, состояние погоды и т. д.

Из всего, что было сказано выше об охоте на зайцев по пороше, как будто бы следует, что техника этой охоты, на первый взгляд, относительно несложна и не требует поэтому от охотника какой-то особой квалификации. Но на деле это не так. И для того, чтобы действительно хорошо тропить зайцев, от охотника требуется очень и очень многое. Вот почему эта, на первый взгляд, может быть, и кажущаяся такой простенькой и нехитрой, а в действительности очень трудная и захватывающе увлекательная охота так ценится многими охотниками. Привлекательность этой охоты заключается в том, что ее успех зависит не от хороших собак, не от знающих окладчиков, егерей, загонщиков и т. д., а прежде всего от своей наблюдательности, знания, опытности, умения, настойчивости и выносливости.

на зайца по пороше-9

Глава из книги Рахманина Г.Е. «Охота на зайца»